Вот с утра я поднимусь,
В ванной весь перевернусь:
Рожу буду мыть свою,
Все печали утаю.
Вот помою я башку.
Назло каждому лошку
Мордой буду я сиять.
Утром говорю: насрать.
Светло, но в душе потемнело.
А слёзы здесь льются рекой.
Здесь кажется всё онемело,
Что день — то новый мой бой.
Бой с тенью или бой с ними,
А может, борюсь я с собой.
Наслаждаясь днями благими,
Себя погубил я, Господь мой.
Царит здесь скупая обитель,
А чаши наполнены кровью.
Хоть этого я и любитель,
Оно отвечает мне болью.
Сижу одиноко печали тая.
«О горе! Меня отпусти»
Прошу я, услышь же меня:
За всё меня ты прости
В небе над городом тёмным
Завеса от счастья стоит.
Час здесь кажется томным,
Словно каждый здесь спит.
И в темноте над собою
Увидел я словно плакат
Я вроде доволен судьбою,
А вроде... Какой же я гад
Темнота: её гул и смрад
Душат меня неустанно.
Этому был бы я рад,
Если б погиб первозданно.
Лишь в строках Твоих утешение,
А я был и есть, буду гадом.
Послал Ты людям знамение:
«Знайте, он всегда рядом»
Закат забирает вдаль
Радости этого дня.
Их мне совсем не жаль:
Они не ценны для меня.
Бесценны наши страдания:
Награда не постигаема.
Услышишь ты в день Воздаяния:
Твоя награда неиссякаема(68:3)
Не осталось жизни и света,
Не осталось вражды и любви.
Уже слышал это я где-то:
Мы построены лишь на крови
Если для вас мы нищие
И просим подать вас гроши,
То вам обернётся кровищей:
Не останется здесь ни души.
Злостные, мерзкие твари:
Услышьте, что вам говорю.
Мы ваши земли изжарим.
В ответ это вам сотворю.
Если для вас мы убийцы,
Тогда вы не думайте лжи:
Увидите вы, кровопийцы,
Только литые ножи!
Снова это случилось,
Я вновь опечален собой.
Жалею, что всё так сложилось,
Жалею, что это со мной.
От горести снова заплакал.
Ком к горлу моему катит.
Сам я с собою балакал:
С меня уже точно хватит
Я часто меняю ники. Прошу не терять и называть ка ранее — Шугой. Будьте счастливы и дарите счастье людям
Всегда ваш Шуга.
Да, я мчался
И обосрался.
Да, я спешил
И людей насмешил.
Да, я бежал
И в парашу упал.
Да, ускорялся
И да, обоссался