Я ненавижу быстрый дофамин:

Бухло, окурки, страсти, телефон,
Задротство, драки, белый кокаин,
Кто любит их, тот радостей лишён.

Но я люблю гормон серотонин,
А он меня так любит приласкать.
Но в бурях я опять совсем один,
Со мной одна лишь русская тоска.

Я бесконечно устал убиваться,

Дух мой не хочет меня покидать.
Хочется мне уж со всем распрощаться,
Я так устал завсегда увядать.

Лучше, наверное, быть одиноким,
Ведь в окружении гнилостных лиц
Я проникаюсь хоть чем-то глубоким,
Что отражу в миллионах страниц.

Приветствуй, Родина, уставшего солдата,

Мой нрав прошёл сквозь кузницы мечей.
Я в битвы шёл калекой неразмятым,
В боях провёл я тысячи ночей.

Но бился я с собой, признаюсь честно.
И явно в этих битвах проиграл.
Пока мне чёрт башку кружил прелестно,
Я пред собою сам же умирал.

Приветствуй, Родина! Устала быть пленённой?
Каратель твой уж скоро отживёт.
Не будь же ты в оковы заточённой,
Ведь скоро всякий сущий там умрёт.

Не плачь же, Родина, рассвет к тебе вернётся,
Но я, наверное, не в силах принести.
Браслет стальной о реку разобьётся,
Потомок мой придёт тебя спасти

Если бы я мог, я б начал

В пищу вмиг употреблять
Всё, что доктор мне назначил,
Но ведь рано отдыхать!

Голоса опять сказали:
Нужно что-то написать.
Как меня они достали!
Я хочу поесть и спать.

Разбитые души врезаются в стены,

Люди внушают нам только забвение,
Живём в бесконечном синдроме отмены.
Вот, мы прибыли. Вот пункт назначения.

Рваные лица ударились оземь,
Бездушные люди засели на трон.
В моей голове нескончаемая осень,
А сотни нейронов идут на разгон.

Уставшие птицы под ядерным грИбом,
В сетях проводОв и останки, и люди,
На солнышке раны рисуют пунктиром,
А солнце в ответ беспощадно их студит.

Несчастные дети разбились в трамвае,
Забыто лицо, прекратилось общение,
Мир затерялся в подгнившем насвае,
Люди внушают нам только забвение

Легко любить красивых, богатых и здоровых

Живых душой и вечно молодых.
Но тяжко всем собак любить дворовых,
Котов, мышей, кротов едва живых.

И в тягость признаётся своя гнилость,
Своё нутро и гадкий аромат.
А любят все разврат, сердец червивость,
Для лжелюдей прекрасней нет услад

Знаешь, мать, я всё-таки всё понял:

Мой телефон разрушил всё, что есть.
Я спать прилёг, меня закат мой о́бнял,
А интернет дожрал скупую честь.

А знаешь, мать... Постой, я лишь немного,
Мне, кажется, знакомый написал.
Что я сказал? Плевать мне на тревогу,
Мой интернет всегда меня спасал

Леса мои, покрытые туманом,

Укрыли мой рассудок от меня.
Я снова встал, опять-таки не рано,
Своей душой о косточки звеня.

Мне башню клинит, я не вижу света.
Мне клинит руки, солнцем я согрет.
Меня трясёт, теряю ясность цвета.
А я уснул. Уже взошёл рассвет.

Мы остались там, где нас не ждали,

Но мне кажется, что было всё не зря:
Мы распались, падали, устали...
Но порой, на это несмотря,

Открывая новые страницы,
Виден мне прекраснейший восход.
Я утратил все родные лица,
Потому, наверно, что урод.

Но в любом ужаснейшем раскладе
Разглядеть могу я позитив.
Всю печаль свою оставив сзади,
Я приду, в себе себя убив

$&_&$

Это уже шестой стих из серии «Мы остались там, где нас не ждали». Пятидесяти оттенков можете не ждать, а вот насчёт остального подумаю.
Девушка, которой кистью сегодня в лицо заехал, если до тебя дойдёт это, извиняй, я правда нечаянно.

$&_&$

тёплые лучи рассвета. разглядеть позитив

Я хочу признаться вам,

Не казаться б бестолковым...
У меня на сердце шрам,
Но всегда я был здоровым.

Нет, не нужно, не звоните,
Отменяйте докторов!
Вы меня за всё простите,
Но признайте: я здоров!

Трубочки, гудрон, резина,

Топливо, асфальт, еда.
Даже дерево, свинина...
А, их нет, но есть беда.

Под толщенным слоем грунта
Где-то там, где жизни нет,
Достаёт оттуда хунта
Сей прекрасный «чёрный свет».

Войны, взрывы, всё не очень:
Человечество гниёт.
Осознал я как-то ночью:
Зря открыли мы её.

Так... Просила мать сварганить

Нам на ужин что-нибудь.
Как скорей себя избавить
От готовки? Это жуть!

Ладно, важно побыстрее,
Значит я потороплюсь.
Та опять кастрюлю греет,
Я же скоро разобьюсь.

Не кипит... Огонь прибавлю,
Что ж тут сделается мне?
На плиту я взгляд направлю:
Кухня вся моя в огне.

Оттаял лёд с сердечной мышцы,

Упал металл с рабочих рук.
Открыт засов большой темницы,
Конец пришёл поре разлук.

Замок слетел с клинка солдата,
Растут цветы вокруг меня.
Вся жизнь красотами богата,
Нет смысла нам сидеть в тенЯх

В моей крови тепла большая унция,

В моём мозгу вам интеллект не счесть,
В моей башке бушует революция,
На полках шкафа разместилась жесть.

Я сердцем предан людям и идее,
Я сжёг в себе почти что всё дотла.
Огонь внутри опять меня согреет
И даст по новой море из тепла

Рассвет взойдет, огрев просторы мира,

А в тот момент по лесу и полям
Пройдёт отряд зелёного мундира,
Восход свободы обещая нам.

Оставив дом и сладостные ночи,
Готовые за мир отдать концы,
Своих врагов они громили в клочья.
Там все свои — и братья, и отцы.

Они оставили всё то, что им хотелось,
Лишь потому, что нужно воевать.
Собрав в кулак всю мощь и свою смелость,
Они восстали, выйдя убивать.

Позор с земель смывается лишь кровью,
А Родина измены не простит.
И потому, наверное, с любовью,
Они убили лучших из элит.

Рассвет взойдёт, огрев свои просторы,
Пройдут колонной тысячи солдат.
Им всем плевать на ругань и укоры,
И где-то снова рушится снаряд